Украинская правда

ПУБЛИКАЦИИ

20 лет назад, 16 сентября, похитили журналиста Георгия Гонгадзе. "Украинская правда" восстанавливает события последних месяцев, дней и часов его жизни
16.09.2020 05:30,  Михаил Кригель, Роман Романюк, Ольга Кириленко
Это история о власти, которая "слетела с катушек", о безнаказанном зле, которое 20 лет отравляет нас, и о журналисте, который своей смертью остановил сползание страны в пропасть.

"Он грузин".

"Он футболист киевского "Динамо"".

"Он герой Небесной сотни".

"Он памятник в сквере недалеко от моего дома".

"Он поднял знамя победы над Рейхстагом".

Это ответы подростков на вопрос "Украинской правды" о человеке, именем которого назван проспект в Киеве, где находится их школа. 

Двадцать лет назад, в ночь на 17 сентября 2000 года, произошла трагическая развязка этой истории. 

Она показала изнанку эпохи "красных директоров" и "крепких хозяйственников" у руля государства и стала приговором выстроенной ими системе. 

Приговором, который вскоре прозвучит не в суде, а на площадях и улицах украинских городов. 

Это история о власти, которая "слетела с катушек", о безнаказанном зле, которое 20 лет отравляет нас, и о журналисте, который своей смертью остановил сползание страны в пропасть.

16 сентября. День похищения

Киев. Суббота. 

Из каждого утюга несется главный музыкальный хит сентября — "Попытка №5" пока еще мало кому известной группы "ВИА Гра".

Народ наконец привык не обращать внимание на таблички с курсами валют возле обменников. Уже несколько месяцев цифры застыли: 1 доллар — 5,43 гривны. 

Киевляне обсуждают поражение "Динамо" в Лиге чемпионов от "ПСВ Эйндховен" (киевлянин Деметрадзе снова не забил) и достают из шкафов теплые свитера и куртки — на улице непривычно холодно для сентября (+9°С). 

Ленты новостей живут своей жизнью.  

В Париже прошел саммит Украина — ЕС.

Во время авиашоу разбился "Як-52", пилотируемый первым заместителем министра внутренних дел Леонидом Бородичем.

В Херсонской области рекордный урожай арбузов. 

В Киеве торжественно открыли юридический лицей. 

16 сентября 2000 года среди новостей-однодневок в лентах информагентств ничего не было и не могло быть о событии, которое на десятилетия определит повестку дня в стране и до сих пор формирует имидж Украины в мире. 

В 22.20 из дома №7 на бульваре Леси Украинки в Киеве вышел мужчина с черной сумкой из кожзаменителя с надписью "50 лет НАТО" и пакетом с арбузами (слава херсонским аграриям).

На нем были синие джинсы, свитер и куртка с трикотажными вставками на манжетах и воротнике. 

[BANNER1]

Мужчина вышел на проезжую часть, чтобы поймать такси. Через несколько секунд рядом с ним остановился автомобиль Hyundai Sonata. Мужчина быстро договорился с водителем о маршруте. Ехать было недалеко — на улицу Красноармейскую. 

Водитель попросил пассажира устроиться на заднем сиденье, объяснив это тем, что переднее неисправно. После этого к автомобилю подбежали еще трое мужчин. Двое сели слева и справа от пассажира, а один на "сломанное" переднее. 

У пассажира была запоминающаяся внешность и узнаваемый голос. По крайней мере для миллионов зрителей телевизионных программ "Вікна плюс" и "Епіцентр" и слушателей его авторских программ на радиостанции "Континент".

Один из немногих украинских журналистов он не боялся задавать острые вопросы первым лицам государства.

К 31 году он успел поучаствовать в борьбе за независимость и гражданской войне в Грузии. А позже в грузино-абхазском конфликте. И снять два документальных фильма об этих событиях.

Георгий Гонгадзе во время гражданской войны в Грузии

В Абхазии над его головой разорвался артиллерийский снаряд, осколки врезались в тело. Они останутся там навсегда.

Конец 1980-х — начало 1990-х он провел между Тбилиси и Львовом, где учился на факультете романо-германских языков университета. 

Во Львове родились двое его детей. 

К середине 2000-х его выступления на радио и телевидении растащат на цитаты к датам и юбилеям — под рубрикой "Мысли, которые опередили время". Вот одна из них.  

"Рано или поздно наступит момент, когда мы умрем, и на наших могилах не будет надписей "он был коммунистом" или "он был националистом"... Будет просто фамилия. И останутся наши дети, наши наследники, которые будут ходить мимо наших плит на кладбище, смотреть и вспоминать: "А были ли эти люди, которые жили до нас, теми, за кого себя выдавали?"

...17 сентября 2000 года на "Украинской правде", созданной им ровно за пять месяцев до похищения, появится заметка с заголовком: "Георгий Гонгадзе исчез!!!".

"В субботу 16 сентября поздно вечером, исчез руководитель проекта "Украинская правда" Георгий Гонгадзе. В 22:20 он вышел из здания на бульваре Леси Украинки и направился домой. Его ожидали супруга и двое трехлетних детей, но дома он так и не появился. 

В течение всей ночи друзья обзванивали больницы и станции скорой помощи, но напрасно. Поскольку он человек ответственный, то не мог исчезнуть просто так. Дело в том, что без него жена и дети не могли попасть в квартиру, так как ключей у них не было. Он об этом знал и поэтому спешил домой…

Милиция Киева продолжает поиски журналиста. Специальные оперативные действия, которые проводились на протяжении всей ночи, пока не принесли никаких результатов".

Вскоре в посольство Грузии в Украине позвонит аноним и расскажет, что Георгия следует искать в Московском районе Киева, в сторону Феофании. 

Среди тех, кто может что-то знать о его судьбе, прозвучат имена министра внутренних дел Юрия Кравченко, главы депутатской группы "Возрождение регионов" и одного из руководителей избирательной кампании Леонида Кучмы на президентских выборах 1999 года Александра Волкова, которого называли "директором парламента", и криминального авторитета Киселя.

Еще через несколько дней появится новая наводка. Гонгадзе якобы видели вечером 17 сентября в районе площади Толстого — в баре "У Эрика". 

На девятый день после исчезновения Гонгадзе первый заместитель министра МВД Николай Джига отрапортует: в поисках исчезнувшего журналиста милиция обследовала 17 тысяч объектов, в частности, 3208 тысяч зданий, 4815 тысяч подвалов, 2232 тысяч канализационных шахт, 39 баз отдыха, 67 автокооперативов и гаражей. Следов Георгия обнаружить не удалось.

Дело об убийстве Георгия Гонгадзе в той части, которая касается исполнителей, появится в суде лишь пять лет спустя — 23 ноября 2005 года. 

Обвиняемые по этому делу — люди, которые должны были искать самих себя. Начальник Главного управления уголовного розыска МВД Украины Алексей Пукач и трое его подчиненных.

Человек, который отдавал Пукачу преступный приказ, назван в материалах дела без имени и фамилии. "Лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство".

Стандартная юридическая формулировка. Хотя в этом случае больше напоминает традицию не называть зло по имени, чтобы случайно не выпустить джинна из бутылки. 

15 сентября. За день до похищения

У генерала Пукача и его подчиненных — Валерия Костенко, Александра Поповича и Николая Протасова, были все шансы закончить это неприятное дело еще в пятницу, 15 сентября. Если бы не осечка. 

О том, что выполнения хлопотного поручения не избежать, Пукач понял во время разговора с "лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство". В переводе с юридического на общечеловеческий — главой МВД Юрием Кравченко. 

По словам Пукача, 11 сентября Кравченко в своем кабинете приказал "убрать" Гонгадзе, поскольку тот "компрометирует в своих публикациях руководство страны". 

На допросах Пукач уверял, что министр психологически давил на него. Подтвердить или опровергнуть это некому — разговор был без свидетелей. Но вряд ли Кравченко пришлось долго убеждать своего подчиненного. 

Один из коллег Пукача запомнил его слова, когда тот был еще полковником: "Да я собственное дерьмо буду есть, лишь бы генералом стать". 

Высокое доверие руководства нужно отбатрачивать. Тем более что всего несколько недель назад, 31 августа 2000 года, Пукач получил должность начальника Главного управления уголовного розыска МВД. 

"Пукач хотел сделать карьеру любой ценой. Он родился в крестьянской семье. Это психотип маленького человека, который вырастает в своих глазах, выполняя волю сильных мира сего и служа им", — говорит Валентина Теличенко, представительница жены Георгия — Мирославы Гонгадзе в суде. 

Спецоперацию назначают на 15 сентября. Позже ее участники в показаниях утверждали, что Пукач скрыл настоящую цель операции — убийство. По версии одного из них, Пукач сказал, что Гонгадзе нужно вывезти за город, избить и запугать. По другой версии — журналиста должны были доставить в Главное управление МВД после задержания.

Начиная с трех часов дня, подчиненные Пукача следят за каждым шагом Гонгадзе. Получив информацию от "топтунов" из наружного наблюдения, за журналистом перемещается по Киеву и автомобиль Hyundai Sonata с оперативниками в салоне.

[BANNER2]

Когда к десяти часам вечера становится понятно, что Гонгадзе идет к дому на бульваре Леси Украинки, Hyundai Sonata уже ждет его там.

Пукач приказывает припарковать автомобиль за сотню метров от дома и излагает план задержания Гонгадзе. 

В машине остается водитель, остальные прогуливаются неподалеку. Когда Гонгадзе выйдет из дома и начнет ловить такси, Попович немедленно подъезжает и предлагает подбросить его. Переднее пассажирское сиденье должно быть разложено, Гонгадзе придется занять заднее. Сразу после этого в машину прыгнут остальные. Задние двери блокируются, чтобы объект не смог вырваться.

В 23.00 Гонгадзе выходит из дома. Капкан должен захлопнуться.

Но план дает сбой.

Попович замешкался и за эти несколько секунд Георгий успевает остановить другой автомобиль, который отвозит его домой на Красноармейскую.

Оперативники уезжают ни с чем, а журналист получает отсрочку. 

Ровно на сутки. 

14 июля. За 64 дня до похищения

"Господин Генеральный прокурор!

Я, журналист Георгий Гонгадзе, категорически протестую против наглого поведения правоохранительных структур, которые начали кампанию травли меня и моих коллег. 

В течение двух недель представители милиции активно проводят сбор информации среди людей, которые знают меня, не объясняя при этом цель сбора такой информации...".  

Для журналиста, который оказывается в центре внимания спецслужб, лучший способ защиты — публичная огласка.  

8 июля Георгий возвращается в Киев из отпуска, который провел в Турции с женой и детьми. 

14 июля пишет открытое письмо генпрокурору Украины Михаилу Потебенько. К этому моменту слежка за ним становится демонстративной. Настолько демонстративной, что больше напоминает предложение, от которого невозможно отказаться: пропасть с радаров, а лучше — покинуть страну.

"Неизвестные мне люди сопровождают меня на автомобиле "Жигулі", государственный номер 07309 КВ, ждут меня возле дома и редакции", — пишет Гонгадзе генпрокурору.

"12 июля, около 16 часов, мне позвонил по телефону Георгий и сообщил, что возле здания, где находится редакция его газеты, стоят три милицейские машины. Георгий позвонил по телефону своему другу-депутату, который приехал за ним, и они вместе вышли", — вспоминает Мирослава Гонгадзе. 

10 июня в кабинете директора радиостанции "Континент" Сергея Шолоха появляется человек, представившийся полковником милиции, и говорит, что расследует возможную причастность Гонгадзе к криминальной стычке чеченцев в одном из одесских кафе. 

Становится понятно, что журналисту "шьют" уголовное дело.

Описанные Гонгадзе факты были видимой частью айсберга. Как выяснится позже, несколько групп наружного наблюдения, сменяя друг друга, не спускали глаз с журналиста. Один из водителей позднее вспоминал, что использовал для слежки три автомобиля и пять комплектов номерных знаков.

Реакция генпрокуратуры на открытое письмо Гонгадзе была в лучших традициях абсурда из романов Кафки.

Заявление передали во львовскую прокуратуру по месту прописки журналиста. Оттуда ответили, что "мест и улиц города Києва, указанных в письме господина Гонгадзе, в городе Львове не существует". Что касается указанных в письме номеров машины, МВД позже признает, что они принадлежат "наружке", но… были украдены еще в феврале 2000 года.

Тем не менее обращение к генпрокурору не было напрасным. 

Начиная с середины июля, демонстративная слежка за Гонгадзе прекращается. До похищения в сентябре он не замечает вокруг себя ничего подозрительного.

Вопрос, который не мог не волновать Георгия и его друзей в июле и позже: почему система выбрала именно его для показательного устрашения остальных? 

О "пленках майора Мельниченко" и расшифровках аудиозаписей, сделанных в кабинете президента Кучмы, где часто звучала фамилия Гонгадзе, тогда еще ничего не знали. Но и без этого было понятно, что решение о слежке — не самодеятельность исполнителей.

"К тому времени на всех политических журналистов были дела, досье. Сложно сказать, почему выбрали именно Гию. Возможно, за какую-то его неортодоксальность. Он был такой личностью… с брызгами — как шампанское. Он был заметным, ярким, достаточно публичным, у него было много друзей, соответственно, вес в комьюнити", — рассказывает журналистка Екатерина Горчинская, которая в конце 1990-х работала с Георгием в Верховной Раде. 

Лучшего кандидата для устрашения остальных, чем Гонгадзе, сложно было найти. 

Впервые журналист почувствовал гнев президента в начале 1997 года, когда в программе "Вiкна плюс" рассказал о "клане Кучмы" — лично преданных президенту людях из Днепропетровска, занявших ключевые должности в Киеве. Кучма случайно увидел эту программу, отдыхая в Трускавце. После чего телекомпанию "Інтерньюз", которая выпускала эту программу, "трусили" проверяющие органы. 

"Не помню, в каком это было году, но в Киев должен был приехать грузинский президент Эдуард Шеварднадзе. И Гия перед этим спросил Кучму, о чем они будут разговаривать. Кучма тогда косо так на Гонгадзе посмотрел и ответил: "О любви и дружбе". А после пресс-конференции кто-то из окружения подошел к Гии и сказал: "Он тебя очень не любит", — вспоминает Коба Алания, друг и коллега Гонгадзе. 

17 октября 1999 года накануне первого тура президентских выборов Кучма появляется в программе "Епіцентр" на канале "1+1". И на глазах у миллионов телезрителей не может вразумительно ответить на вопрос Гонгадзе, почему глава МВД Юрий Кравченко остается на своей должности, несмотря на то, что не обеспечил раскрытие многих тяжких преступлений.

20 лет спустя, когда читаешь тексты Гонгадзе о Кучме и смотришь архивные видео, не оставляет ощущение, что для Георгия в его неприятии президента было что-то глубоко личное. 

Это читается между строк и без слов — во взгляде, выражении лица, когда он слушает сбивчивые ответы Кучмы.

Скорее всего, так и было. Георгий знал, что бывает, если позволить власти "слететь с катушек". Знал на примере своей семьи. 

Его отец, Руслан Гонгадзе, был одним из тех, кто помог Звиаду Гамсахурдиа стать президентом Грузии. Бывший советский политзаключенный и диссидент не выдержал испытания властью и превратился в коррумпированного параноика. Гамсахурдиа объявил своих политических оппонентов "врагами народа" и приказал их арестовать. В этом списке был Руслан Гонгадзе.

"Руслан вынужден был "уйти в подполье" и Георгий полетел в Грузию ему помогать. Позже Руслан нам рассказывал, что вынужден был прятаться в канализационном люке с пистолетом в руке. Он не знал, что будет делать, если кто-то поднимет крышку этого люка — или себя застрелит, или этого человека. 

Эта история была одной из точек невозврата для Георгия, после которой вопрос "идти или не идти до конца в своих действиях?" для него не существовал. 

Даже в мыслях он не мог допустить, что нечто подобное повторится в Украине. У него было обостренное чувство справедливости. И было отчаяние от того, что страна летит в пропасть, а он не может это остановить", — рассказывает Мирослава Гонгадзе. 

"Мы сегодня живем в Беларуси с сине-желтым флагом и трезубцем, мы уже без государства, осталась одна оболочка. Потерять эту оболочку — дело времени, и следующие действия власти завершат этот процесс", — призывал Гонгадзе радиослушателей не голосовать за Кучму. 

[BANNER3]

После победы во втором туре выборов Кучма летит в Вашингтон для участия в саммите "Кучма — Гор". В это же время там оказывается и Гонгадзе еще с двумя украинскими журналистами.

"Сергей Шолох, генеральный директор радио "Континент", Алена Притула из агентства "Интерфакс-Украина" и Георгий Гонгадзе — журналист радио "Континент" прибыли сюда с доказательствами того, что психологическое и физическое запугивание масс-медиа украинским правительством не было скоротечным явлением в связи с переизбранием президента Леонида Кучмы, а скорее стало постоянным элементом практики журналистики в Украине", — писала о поездке Гонгадзе и его коллег в США газета "Ukrainian Weekly".

"Эти трое не понимают, что их могут убить за то, что они делают в Америке", — позднее цитировала организация "Репортеры без границ" слова создателя телепрограммы "Эпіцентр" Вячеслава Пиховшека. 

В мае 2020 года Мирослава Гонгадзе нашла блокнот, который до того не видела. Среди номеров давно не существующих телефонов на отдельной странице была запись, сделанная Георгием: е падай духом, не умирай раньше смерти".

Это цитата из сказки про двух лягушек, оказавшихся в горшке со сметаной. Они начали тонуть. Одна из них сдалась, другая барахталась до тех пор, пока сметана не превратилась в масло. 

Это почти все, что нужно знать о характере Георгия и его, казалось бы, бессмысленном сопротивлении политическому болоту эпохи зрелого "кучмизма". 

Правда, в отличие от сказочной истории о спасении лягушки, в одиночку превратить болото в оазис вряд ли смог бы даже тот, кто превращал воду в вино.

9 июня. За 99 дней до похищения

"Наблюдай за вещами, которые тебе будут попадаться, одна из них может оказаться твоим будущим". 

Слова американского писателя Артура Голдена могли бы стать эпиграфом к этому эпизоду, который не остался незамеченным Георгием Гонгадзе в июне 2000-го. 

А значит, за три месяца до похищения он знал сценарий того, что произойдет поздним вечером 16 сентября. Хотя и не мог предположить, что это произойдет именно с ним.

Как утверждают материалы следствия, 9 июня около двух часов дня Алексей Пукач получил от руководителя аппарата министра внутренних дел Эдуарда Фере указание провести спецоперацию против журналиста и гражданского активиста, участника общественного правозащитного объединения "МЫ" Алексея Подольского.

Чашу терпения властей переполнили организованные Подольским митинги возле здания МВД на Богомольца, 10. Их участники распространяли листовки "Куда идем, Украина!" и политический бюллетень, где Кучму обвиняли в фальсификации результатов референдума 16 апреля и узурпации власти.

9 июня Пукач отбирает помощников для этой операции — Николая Наумца и Олега Мариняка. 

Дальше в истории появляется знакомый автомобиль Hyundai Sonata. За рулем Мариняк, рядом с ним Пукач, сзади Наумец. В районе Львовской площади они "подбирают" голосующего Подольского. Тот просит отвезти его на Оболонь.

Вскоре Подольский чувствует неладное и требует остановить автомобиль. Мариняк отвечает, что в этом месте остановка запрещена и увеличивает скорость. 

Останавливаются неподалеку от станции метро "Дорогожичи". Пассажир пытается открыть дверь и выйти. В ответ получает удары резиновой дубинкой по рукам, ногам и голове. 

В половине первого ночи 10 июня неподалеку от села Петровское в Черниговской области автомобиль сворачивает в лесополосу и в километре от трассы останавливается.

Один из похитителей хватает Подольского за волосы, вытаскивает из машины и заставляет ползти по лесополосе. Второй достает из багажника канистру с бензином и лопату. Все это время Подольского избивают ногами и резиновой дубинкой. 

"Воспитательные меры" продолжаются еще какое-то время, после чего Пукач, Наумец и Мариняк оставляют избитого Подольского и уезжают. 

Дьявол в деталях. Которых хватает в показаниях одного из участников похищения — Олега Мариняка. 

По его словам, от руководителя аппарата министра МВД он узнал о том, что Юрий Кравченко доволен результатами их работы и хочет поощрить участников спецоперации. 

Правда, не сразу. 

"Чтобы избежать возможной огласки, поощрение будет приурочено к празднованию годовщины Конституции Украины", — объяснил Мариняку руководитель аппарата министра.

16 апреля. 153 дня до похищения

17 апреля украинцы проснулись в необычной атмосфере. Наконец-то словосочетание "всеукраинский референдум" начали употреблять в прошедшем времени — он состоялся.

Главной темой кулуарных и кухонных дискуссий стало обсуждение того, как именно Кучма собирается осуществить задуманное: лишить депутатов Верховной Рады неприкосновенности, уменьшить их количество с 450 до 300, разделить на две палаты и реализовать дополнительные полномочия для роспуска парламента. 

Но в топовых медиа обсуждать очередной шаг к президентской диктатуре было невозможно. 

"В конце 1999-го в Украине была сумасшедшая цензура. Кучма недавно победил на выборах во второй раз, и все только ухудшалось. Например, на моей последней встречей с Кучмой, когда он собирал свой пул, то есть самых приближенных журналистов, на входе каждому выдавали полоску бумаги, на которой был написан вопрос. Я отказалась брать ее, но часто даже журналистам из пула говорили, что такой-то вопрос не задаем, об этом президент говорить не будет", — вспоминает Алена Притула, которую тогда считали  "любимой журналисткой президента".

Среди всеобщего "одобрямса" мало кто заметил, что в день проведения референдума на пока еще никому не известном домене www.pravda.com.ua появились первые публикации. 

"Мы хотели выйти на два дня раньше, когда в Киев перед референдумом приезжала госсекретарь США Мадлен Олбрайт. Но не успели по техническим причинам", — рассказывает Притула.

16 апреля все получилось — к удовольствию нескольких людей в обычной киевской квартире на улице Льва Толстого, 25. 

Первыми публикациями на "Украинской правде" були несколько перепечаток статей Георгия Гонгадзе из газеты "Грани" и две его же колонки. 

Первая — "Українська весна Медлін Олбрайт" — о беззубости и угодничестве журналистов во время эфира с госсекретарем США. Вторая — "Белоруїна" — о духе "совка", возрождаемом режимом Кучмы. 

Представить публикацию таких текстов в государственных или общенациональных медиа было невозможно. И это стало одной из двух причин, которые подтолкнули Гонгадзе и Притулу создать свой сайт. 

Второй причиной был дефицит быстрой, доступной и полной информации. 

"Мы были в Штатах, когда 22 декабря 1999 года Кучма назначает правительство Ющенко. Видим заголовок на "Интерфаксе" о том, что есть новый Кабмин, но не можем узнать, кого назначили министрами. Мы вынуждены были звонить в Киев", — рассказывает Притула.

Именно в этот момент они поняли, что нужно создать страницу в интернете, куда можно будет заходить и читать о главных событиях в Украине, где бы ты не находился. 

Для того, чтобы создать интернет-издание, нужно было найти компьютеры, офис, авторов и хоть кого-то, кто уже занимался чем-то подобным. В то время в Украине было единственное онлайн-медиа, которое не имело печатной версии — UaToday, и именно его создатели консультировали Гонгадзе. 

Одним из первых к работе над проектом присоединился Сергей Корниенко, по сути технический создатель "Украинской правды". Он и сегодня работает над всеми его обновлениями и дизайном.

"Я тогда работал экспертом-криминалистом. Ко мне и моему коллеге Герману Богапову пришел Гонгадзе и предложил попробовать сделать сайт. Мы тогда горели интернетом, это было что-то передовое, потому сразу согласились", — вспоминает Корниенко.

Офис и несколько компьютеров нашел Гонгадзе. 

"Однажды, кажется, в феврале, Гия пришел и сказал, что встречался с бизнесменами и они готовы дать деньги на офис и компьютеры. Позже выяснилось, что это был какой-то человек от Марчука — "Петрович". Он дал первые деньги, около двух тысяч долларов. Они пошли прежде всего на технику и аренду офиса. Офисом была запущенная двухкомнатная квартира. На зарплаты оставалось где-то по 200 долларов. Я вообще долго не получала никакой зарплаты", — говорит Притула.

"Рай в шалаше" за спонсорские деньги просуществовал недолго. В начале мая сайт перепечатал из "Граней" статью журналистки Татьяны Коробовой, где она не слишком комплиментарно характеризовала Марчука. В тот же день пришли люди от "бизнесмена Петровича" и сказали съезжать. Технику тоже забрали.

После этого "Українськая правда" несколько недель базировалась дома у Притулы и на радио "Континент", пока Гонгадзе снова все не устроил. На этот раз за свои деньги.  

"Гия встретился с Порошенко и договорился, что будет как политтехнолог помогать какому-то персонажу выиграть выборы мэра Винницы. И они эти выборы выиграли. Половину заработанных денег Гия отдал семье, вторую половину вложил в покупку компьютеров для сайта и в офис", — вспоминает Алена Притула.

"Я жил в "Украинской правде"", — рассказывает Коба Алания, друг и коллега Гонгадзе. Это не художественное преувеличение. Он жил в одной из комнат офиса.  

В другой комнате Корниенко вручную загружал тексты Гонгадзе в код страницы и отправлял с картинками на сервер — у "Украинской правды" тогда еще не было админки.

Именно Алания вспоминает одну вещь, которая сегодня воспринимается удивительно: "Мы с Гией думали вернуться к телевидению. А "Украинская правда" была создана как временный проект, потому что существовал некий "черный список", в который Гия попал. Его просто не брали на телевидение".

В начале работы читателей и просмотров было не много.

"Интернет был тогда очень смешной. Эти модемы, которые выдавали ужасные писклявые звуки, очень медленное соединение, минимум фотографий. Страница Yahoo тогда — это сплошные синие ссылки. В самом начале наши новости читали иногда по 15 человек. То есть по уровню влиятельности это было что-то вроде не раскрученного Telegram-канала", — объясняет Притула.

[BANNER4]

Но среди читателей были "топовые": в Раде, "силовых" министерствах и на Банковой статьи "Украинской правды" распечатывали и носили друг другу читать.

Но даже не это было главным. Постепенно сайт становился территорией свободы не только для нескольких человек в редакции, но и для всех, у кого было что сказать, но не было где.

"Впоследствии все, кто не мог из-за цензуры высказаться на телевидении или в газетах, начали идти к нам. Удивительно, но люди шли, понимая, что мы не заплатим гонорар. Для них было важно просто сказать правду", — вспоминает Алена Притула.

По ее мнению, в то время Кучма не способен был оценить взрывной потенциал интернета. Но точно понимал, что ему не нравится, когда о нем такое пишут. Для него не имело значения, где это пишут — важно было перекрыть саму возможность писать.

... Ровно через пять месяцев после того, как на "Украинской правде" появился первый текст Георгия Гонгадзе, он разместил на сайте свою последнюю публикацию.

Это была новость по результатам опроса читателей о дискредитации Банковой Виктора Ющенко и его Кабмина.

Время выхода этой новости — суббота, 16 сентябрь 2000 года, 18:23.

16-17 сентября. День похищения и ночь убийства 

Утро 16 сентября. Церемония открытия юридического лицея Национальной академии внутренних дел в Киеве. На протокольной фотографии президент Кучма и министр Кравченко торжественно перерезают ленточку.

Торжественности по случаю открытия юридического лицея, 16 сентября 2000

Рядом с Кравченко его заместитель — генерал-полковник милиции Леонид Бородич. Через несколько часов на глазах у тысяч зрителей он разобьется за штурвалом самолета "Як-52" во время авиашоу на авиакосмической выставке "Авіасвіт-2000". Кравченко отправится на место трагедии.

Недоброе утро. 

На протокольных фотографиях с открытия юридического лицея у Кучмы хорошее настроение.

Накануне он вернулся из Парижа, где встречался с президентом Шираком и участвовал в саммите "Украина — ЕС". В Париже Кучме жали руку, обещали быстрое ассоциированное членство в Евросоюзе и принимали как стратегического партнера. Еще бы — второй президентский срок, всенародная поддержка (более 80% проголосовавших "за") на референдуме. 

Проблемы с оппозицией и журналистами? Так у кого их нет.

В страшном сне второй президент Украины не мог представить, что вскоре он станет токсичным для западных лидеров. Во время Пражского саммита НАТО в ноябре 2002 года, чтобы не допустить соседства Кучмы с президентом США Бушем и премьером Великобритании Блэром за столом переговоров, организаторы рассадили участников согласно французского, а не английского алфавита как это происходило обычно.

Началом конца репутации и политической карьеры Кучмы станет именно этот день — 16 сентября 2000 года. 

"Гонгадзе при жизни не смог остановить Кучму и надвигающуюся диктатуру, но он остановил ее своей смертью. Кучма не смог стать украинским Лукашенко, Путиным или Назарбаевым. Траектория истории изменилась", — считает Мирослава Гонгадзе.

...Вечером накануне только случай спас Георгия Гонгадзе. "Грач", имени которого мы никогда не узнаем, на несколько секунд опередил Пукача и его "орлов".

В 132 томах уголовного дела бесполезно искать ответ на вопрос, как распорядился бы Гонгадзе выигранной у судьбы отсрочкой, если бы знал, что этот день окажется для него последним.

Следствие такими вопросами не интересуется. В отличие от людей, привыкших искать знаки судьбы.

Было ли у Георгия в последний месяц его жизни предчувствие катастрофы? Родные и друзья не могут вспомнить ничего такого. Разве что один случай...

"В августе мы отправили детей к моим родителям на Западную Украину, потому что я должна была лететь в США на стажировку, — вспоминает Мирослава Гонгадзе. — Я вернулась в середине августа и Георгий неожиданно стал настаивать на том, чтобы забрать детей. "Мы должны привезти детей", — повторял он. Я говорю: "Зачем привозить детей, сейчас лето, они на свежем воздухе, нет смысла сейчас тянуть их в Киев". Но он настаивал. 

Я не понимала этого, но мы все-таки их привезли. Именно в это время он начал каждый день заниматься с детьми языками — грузинским и английским". 

Суббота 16 сентября началась для Георгия именно с этих уроков. 

В полдесятого утра Мирослава уезжает за город в Пуща-Водицу, где должна была прочесть лекцию для участников семинара по связям с общественностью. Детей берет с собой.

Перед уходом говорит Георгию, что позвонит днем и скажет, останется ли на ночь за городом.

Вскоре перезванивает. Говорит, что забыла ключи от квартиры. Просит его быть дома к одиннадцати вечера — ко времени ее возвращения.

Около 11 утра Георгий встречается с Аленой Притулой, и они отправляются на встречу с журналистом Вячеславом Пиховшеком. После чего, перекусив в фастфуде, идут в офис "Украинской правды" на Владимирской.

В офисе Георгий выглядит спокойным и расслабленным — смотрит телевизор, играет в нарды с Аланией, публикует на сайте несколько текстов.

Около четырех часов дня Гонгадзе и Алания ненадолго выходят из офиса, чтобы отнести в ремонт наручные часы Георгия. 

Он разбил их именно в этот день. 

[BANNER5]

После семи Гонгадзе и Притула идут ужинать в ресторан "Тадж". По дороге Георгий покупает несколько арбузов. В ресторане заказывают салат из капусты и плов.

Потом ели один из арбузов. У арбузных косточек своя роль в этой истории. Несколько месяцев спустя они станут одним из доказательств того, что тело, найденное в Тараще, принадлежит Гонгадзе. Как и осколки снаряда, которые оставались в его теле со времен грузино-абхазской войны.

Поужинав, идут в сторону дома, где жила Притула. 

Гонгадзе вышел из дома №7 на бульваре Леси Украинки в Киеве в 22.20.

Рядом с ним остановился автомобиль Hyundai Sonata. Георгий быстро договорился с водителем о маршруте и цене — ехать было недалеко, на Красноармейскую.

Маршрут оказался другим. Не говоря уже о цене. 

Ангел-хранитель Гонгадзе в этот день взял выходной.

Hyundai Sonata с Гонгадзе, зажатым двумя оперативниками на заднем сиденье, и Пукачем, с переднего сиденья бьющим журналиста резиновой дубинкой, выезжает из Киева. 

Едут по одесской трассе. По дороге несколько раз останавливаются, чтобы сменить номера на машине.  

Пукач приказывает водителю заехать в село Сухолесы Белоцерковского района, где в доме тестя берет веревку и лопату.

В десять минут первого автомобиль останавливается в безлюдном месте. Гонгадзе вытаскивают из машины, стягивают с него куртку, бросают на землю, связывают веревкой руки и ноги. Попович выкапывает яму недалеко от машины. Связанного относят к яме и Пукач его душит.

Сначала руками, потом ремнем.

Когда все было кончено, тело сбрасывают в яму, обливают бензином и поджигают. Потом забрасывают землей и сухой травой.

Пакет с арбузами выбрасывают неподалеку. 

По дороге в Киев останавливаются в придорожном кафе. Плотно ужинают — с бутылкой водки. 

Пока убийцы Гонгадзе восстанавливают силы после рабочего дня, друзья Георгия обзванивают больницы, морги и милицию.

В три часа ночи Алена Притула набирает номер бывшего коллеги по информагентству "Интерфакс-Украина", а в то время пресс-секретаря Кучмы — Александра Мартыненко, и просит помощи в поисках. Тот отвечает, что беспокоиться рано, и просит перезвонить утром, если журналист не найдется.

В воскресенье Мартыненко докладывает о случившемся президенту. На следующий день Кучма через своего пресс-секретаря информирует общественность о том, что узнал об исчезновении Гонгадзе, и это "его очень огорчило". 

К этому моменту уже готовится массовая кампания "Найдите журналиста Гонгадзе!". 

Самая глупая фраза, которая может быть здесь: "17 сентября все мы проснулись в другой стране". 

Страна была все та же. И на следующий день, и день спустя. 

Чтобы убедиться, достаточно посмотреть материалы допроса соучастника убийства.

"Костенко В.М. пояснил, что после убийства Гонгадзе Г.Р. начальник Управления Пукач А.П. Предоставлял ему материальную помощь и поощрения по службе. Например, 18 сентября 2000 года предоставил ему материальную помощь 100 гривен…" 

Еще раз — материальная помощь 100 гривен.

"Для меня точкой, объясняющей человеческую природу, была пресс-конференция замминистра МВД Николая Джиги, — вспоминает Евгений Глибовицкий, близкий друг Георгия. — Я подошел к нему и сказал: "Окей, я понимаю, есть вещи, которые вы не можете официально обнародовать, есть тайна следствия. Но если я вас спрошу как друг Георгия, есть что-то, что вы мне можете сказать?"

Он ответил, что ничего не может сказать, и на прощание мы пожали руки. 

Позже, уже спустя годы, появилось сообщение о том, что вся верхушка МВД знала о происходящем.

Он не просто врал, он играл свою роль — фальшивое рукопожатие, фальшивое сочувствие, фальшивое обещание сделать все, что зависит от него.

В тот момент я понял, что люди, живущие в Украине, избиратели, прохожие на улицах — все мы просто ресурс для политических игроков.

И я тогда понял, почему все это произошло с Гией.

Это было оно — столкновение мира, где человек является ценностью, и мира, где человек расходный материал". 

Сентябрь 2020 года. 20 лет после похищения

Ночью 17 сентября 2000 года произошел первый громкий взрыв на складе просроченных боеприпасов под названием "Украина". Детонация и каждый виток этой истории вызывал новые взрывы и пожары.

28 ноября 2000 года разгорелся "кассетный скандал", названный "кучмагейтом". Александр Мороз обнародовал содержание магнитофонных записей, якобы сделанных майором госохраны Николаем Мельниченко в кабинете Кучмы. 

На этих пленках президент, глава его администрации Владимир Литвин, министр внутренних дел Юрий Кравченко и руководитель СБУ Леонид Деркач обсуждают возможность и способы устранения журналиста Георгия Гонгадзе.

15 декабря 2000 года начинается акция "Украина без Кучмы", спровоцированная "кассетным скандалом". Акция заканчивается массовыми столкновениями 9 марта 2001-го. 

В 2003 году впал в кому бывший руководитель аппарата министра внутренних дел Эдуард Фере. В 2009 году он умрет, так и не придя в сознание. 

22 октября 2003 года генпрокурор Пискун подписывает ордер на арест Пукача. Его задерживают, однако затем отпускают под подписку о невыезде. Пукач скрывается.

4 марта 2005 года находят мертвым экс-главу МВД Юрия Кравченко. По мнению следствия, он покончил жизнь самоубийством, дважды выстрелив себе в голову. Версия самоубийства до сих пор вызывает сомнения.

21 июля 2009 года задерживают Пукача. 

14 декабря 2011 года решением Печерского районного суда Киева с Леонида Кучмы сняты обвинения в причастности к убийству Гонгадзе.

29 января 2013 года этот же суд приговаривает Пукача к пожизненному заключению. Сейчас Верховный суд рассматривает кассацию Пукача о смягчении наказания с пожизненного заключения до 15 лет. 

Пять президентов и пятнадцать генпрокуроров (или исполняющих обязанности генпрокуроров), сменяя друг друга, два десятилетия заявляют о том, что раскрытие убийства Гонгадзе для них дело чести.

Одна за другой обрываются нити, ведущие от исполнителей убийства к его заказчикам.

Это убийство — история жертвоприношения. В традициях варварского мира свита принесла в дар правителю жизнь врага. Голову врага. 

Другой вопрос — с какой целью: умилостивить или подставить.

Эта история — фиаско идеи "нет человека, нет проблем". Об этом много интересного мог бы рассказать Понтий Пилат. Но какую власть и когда останавливал чужой опыт? 

Это история о марионетках и кукловодах, причем кукловоды легко превращались в марионеток в руках других кукловодов. А кто угодно мог оказаться не тем, за кого себя выдает. 

Кукловоды менялись, система оставалась, каждый раз в новых конфигурациях. 

Это история оборотней — оборотней-политиков, оборотней-генералов, оборотней-судей. 

Это история о безнаказанном зле, которое уже двадцать лет отравляет нас ядом. И о трагедии каждого из нас. Той ночью похитили каждого из нас — по крайней мере ту часть личности, которая отвечает за внутреннего Дон Кихота. Разница лишь в том, что Гонгадзе убили, а нас испугали, избили и оставили где-то в лесополосе. 

Кто-то смог выбраться оттуда, кто-то там и остался. 

"Наши отношения с Гией — это много вина, разговоров, песен, рефлексий, это мечты, это попытки понять, почему все устроено так, а не иначе, и просто много человеческой приятности. Вот приятности от общения с человеком, которого ты любишь. Мне это не хватает больше всего. 

Каждый год в мае — в день рождения Гии, и в сентябре — в день его смерти, я сталкиваюсь с публичным образом Гии, а мне не хватает человеческого. А человеческий — он действительно остается где-то там в прошлом. И наслоения жизни, наслоения памяти все это хоронят", — говорит Евгений Глибовицкий. 

Он — один из тех, для кого Георгий, несмотря на все наслоения, никогда не станет памятником в сквере. 

"Он Гия, Гиечка. У него был такой колорит и такая харизма, что ему не нужно было выделяться прозвищем", — отвечает он на просьбу вспомнить, были ли у Георгия прозвища. 

Эта история достанется в наследство нашим детям. И ставить в ней точку придется тем подросткам с проспекта Георгия Гонгадзе, которые пока уверены, что человек, в честь которого назван проспект — грузинский футболист киевского "Динамо", поднявший знамя победы над Рейхстагом.

Михаил Кригель, Роман Романюк, Ольга Кириленко, УП






^ Наверх | УКР | РУС
   Главная | Новости | Публикации | Колонки | Блоги
©2000-2015 "Украинская правда"